Аятолла Хаменеи: «Иран готов к войне»…

Что бы и как бы ни происходило вокруг остатков бывшей «УССР» или, к примеру, внутри остатков Армении, всё равно – всё внимание мира сосредоточено на перипетиях «переписки» между США и Ираном. Мы уже сообщали – по словам министра иностранных дел Ирана Аббаса Арагчи, озвученным, можно сказать – открыто, публично, Тегеран уже направил развёрнутый письмо-ответ Дональду Трампу со своими позициями по всем «пунктам», затронутым президентом США. Но сейчас очень многие на Западе, да и в России, так сказать, «гадают на кофейной гуще» – был, по сути, ультиматум Трампа и последовал, судя по всему и исходя из последовательности руководства ИРИ, крайне жёсткий ответ Тегерана: так решатся ли Израиль и США атаковать Иран или отступят?

Публикующиеся рассуждения недругов Ирана и Иранской Цивилизации сумбурны и довольно противоречивы, хотя в целом многое выглядит не лишённым логики. Так, например, многие эксперты отмечают, Падение правительства Башара аль-Асада в Сирии, возвращение Дональда Трампа в Белый дом и резкое обострение риторики между США и Ираном радикально изменили весь стратегический ландшафт региона. То есть – Ближнего Востока и Закавказья. Центральным элементом нового витка напряжённости остаётся противостояние между Израилем и Ираном на этот раз с куда более ощутимой угрозой прямой военной конфронтации. И США безоговорочно вроде бы поддержали и поддерживают сионистов. Даже по разрушенной и подвергнутой геноциду Газе и до недавнего времени действительно открыто угрожали Ирану.

Власть в Дамаске, как известно, перешла к суннитской исламистской коалиции во главе с террористической протурецкой группировкой «Хайят тахрир аш-Шам», поддерживаемой, впрочем, не только Турцией и Катаром, но и США и Европой. Это положило, пусть и временно, конец 10-летнему иранскому военному присутствию в Сирии. Коридор, через который Иран осуществлял снабжение «Хезболлах» и других союзников, теперь закрыт. Вывод иранских сил подразделения спецназа «Кодс» ознаменовал ослабление стратегических позиций Тегерана в регионе. По данным ООН, в марте более 1000-2000 мирных жителей были убиты в северо-западных районах Сирии, где традиционно проживают алавиты, представители течения в шиизме, которому принадлежит семья Асадов, и христиане разных конфессий. Поступали сообщения и об убийствах сирийских руководителей проиранских военных формирований. И хотя террористы «Хайят тахрир аш-Шам» отрицают причастность к этим убийствам, несомненно, ведётся крайне грубая и даже жестокая «работа» по ослаблению сторонников прежней власти, как лояльных семье Асада, так и Тегерану. Вплоть до резни – геноцида…

Тегеран оказался географически изолирован от Ливана, что серьёзно ограничивает его возможности по поддержке «Хезболлах». Хотя иранское влияние в Ливане сохраняется, особенно в политическом и идеологическом измерении, поставка вооружений и логистика теперь затруднена. Хотя «Хезболлах» даже в этих условиях продолжает противостоять как Израилю, так и протурецкой «Хайят тахрир аш-Шам». А значит – США и Европе… Вот на фоне каких изменений администрация Трампа и направила Тегерану ультиматум с требований полного сворачивания ядерной и ракетной программы Ирана, а также прекращения поддержки сети лояльных Тегерану группировок на Ближнем Востоке, которые Вашингтон считает «террористическими». Письмо, адресованное лично Верховному лидеру Исламской революции аятолле Сейеду Али Хоссейни Хаменеи, по некоторым сведениям, содержало угрозу начала полномасштабной военной операции в случае отказа от выполнения требований. И Трамп самонадеянно «дал два месяца» Тегерану на достижение нового соглашения по ядерной сделке. Но Верховный лидер Ирана в ходе выступления, приуроченного к празднованию Новруза, жёстко и «без вариантов» заявил, что «Исламская Республика не покорится шантажу, и любые агрессивные действия получат жёсткий и непропорциональный ответ», и что «Тегеран готов к войне». В отношении обвинений в поддержке военизированных формирований на Ближнем Востоке позиция официального Тегерана осталась неизменной: «движения Сопротивления [Израилю и Глобальному Высокомерию – прим. ], включая хуситов в Йемене, реализуют своё легитимное право на противостояние вмешательству Запада во внутренние дела региона, они принимают решения и действуют абсолютно независимо от Тегерана».

Израиль, обеспокоенный перспективой восстановления иранской ядерной программы и дестабилизацией северной границы, перевёл армию в повышенную боеготовность. Вдоль северной границы развёрнуты системы ПРО «Железный купол» и «Праща Давида» (которые бессильны и не нужны в отражении не только гиперзвуковых, но и «обычных» баллистических ракет Ирана – прим.). Однако сионисты в Тель-Авиве осознают, что без прямого доступа Ирана к Ливану возможности «Хезболлах» хотя и ограничены, снизились, но тем не менее достаточны высоки, и потенциальные риски сохраняются.

Несмотря на то, что иранскую активность по обогащению урана можно считать дипломатическим рычагом, по экспертным оценкам, к марту 2025 г. Иран мог существенно приблизиться к обладанию ядерным оружием, став государством на пороге ядерного потенциала. По данным Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) от февраля 2025 г., Иран накопил 274 кг обогащённого до 60% урана. Как считают в западных центрах, этого количества более чем достаточно, чтобы, при решении руководства ИРИ, создать ядерное оружие в течение нескольких месяцев. Поэтому, говоря о перспективе военного столкновения между Ираном и Израилем, потенциально именно объекты ядерной инфраструктуры могли бы стать приоритетными целями для ударов Израиля. Особенно в свете того, что США заявляли о передаче Израилю самых крупных авиационных неядерных фугасных бомб в мире (MOAB), с глубиной поражения, достаточной для разрушения иранской ядерной подземной инфраструктуры.

Однако американская разведка утверждает, что Иран не возобновил военные аспекты ядерной программы, и мы писали, что изменяется «на ходу» и риторика Вашингтона в отношении Ирана, начиная с самого Трампа. Иран не стремится к созданию ядерного оружия, несмотря на оценки Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ), согласно которым Тегеран быстро увеличил обогащение урана до уровня, достаточного для создания нескольких видов оружия, сообщает американский «The National». Таково мнение разведывательного сообщества США, изложенное в ежегодной оценке угроз, опубликованной 25 марта. «Мы продолжаем считать, что Иран не создаёт ядерное оружие», – говорится в докладе. Мнение разведывательного сообщества США – это 31-страничный отчёт, представляющий собой совместную точку зрения 18 разведывательных агентств США, от ЦРУ – службы внешней разведки США, до Управления военной разведки Пентагона, Агентства национальной безопасности, которое следит за коммуникациями, и Национального разведывательного управления, которое управляет спутниками-шпионами. Это не то что может удивить, а вот именно и удивило наблюдателей, которые слушают президента Трампа, предупреждавшего Иран о необходимости прекратить ядерные исследования, иначе его ждут военные последствия, да и самогоТрампа, который явно «в сердцах» довольно жёстко и нелицеприятно на днях высказался обо всех тех, кто годы напролёт врал о ядерных амбициях Ирана и подстрекал к войне, начиная с самого Израиля и Нетаньяху.

Доклад разведсообщества США был опубликован во вторник, когда Иран раскрыл информацию о своей обширной подземной военной инфраструктуре, предназначенной для защиты ядерных объектов от воздушных атак, а также о некоторых базах, предназначенных для размещения беспилотников и ракет. Иранские государственные СМИ показали видео, на котором генерал-майор Мохаммад Хоссейн Багери, начальник штаба Вооружённых сил Ирана, и генерал Амир Али Хаджизода, командующий военно-космическими силами Корпуса стражей Исламской революции (КСИР), осматривают подземный «ракетный город».

Тем не менее, антиирански настроенные «эксперты» Запада отмечают, что темпы обогащения урана и ракетные разработки ИРИ вызывают у них тревогу. Однако ультимативные требования президента США не только увеличивают степень напряжённости и риск эскалации ситуации, но и отдаляют перспективу возобновления диалога, провоцируя резкий ответ иранского руководства и подогревая дискуссии о необходимости создания ядерного оружия для гарантии безопасности Ирана, что, разумеется, не является официальной позицией Тегерана. Несмотря на категоричность аятоллы Хаменеи, в Тегеране считают, что дверь возможностей для проведения переговоров остается «приоткрытой». Перспектива участия в новой затяжной войне на Ближнем Востоке мало привлекает какую-либо из вовлечённых сторон, но в новых условиях противостояние между Израилем и Ираном всё чаще выходит за рамки скрытых операций, и риск военных действий против Ирана и его союзников в ближайшие месяцы всё-таки остаётся высоким. Ультиматум Вашингтона и жёсткий ответ Тегерана могут стать прологом к более масштабному региональному кризису. Останется ли конфликт в политико-дипломатической плоскости – станет ясно в ближайшие недели. Но мы также писали, что именно после 25 марта Стив Уиткофф, специальный посланник Трампа по делам Ближнего Востока [Западной Азии], удивил многих внезапной сменой тона. Не так давно он выступал за «максимальное давление» на Иран, но теперь он говорит о «построении доверия» и «урегулировании недопониманий». Более того, в недавнем интервью Уиткофф рассказал, что и сам Трамп отправил Тегерану послание, в котором предложил переговоры, основанные на «взаимном уважении». Кличей «накажу!» и ультиматумов из заявлений Уиткоффа уже просто «не видно».

Сдвиг в риторике США очевиден – и фон для этого как раз 31-страничный отчёт, представляющий собой совместную точку зрения 18 разведывательных агентств США, и понятно, почему Трамп по сути выругал (!) Нетаньяху, в кулуарах сказав, типа: «Он, что же, думает, я из-за него войну начну с Ираном?». Этот сдвиг во многом объясняется внутренними проблемами в США. Столкнувшись с экономическими трудностями и общественным недовольством, Трамп нуждается во внешнеполитической победе, которую можно было бы представить как успех. Военный конфликт с Ираном обошёлся бы невероятно дорого, поэтому он стремится заключить хотя бы временное соглашение, которое можно было бы представить как достижение. Напомним также, что в ответ на послание Трампа Верховный лидер Исламской революции аятолла Сейед Али Хоссейни Хаменеи заявил, что угрозы и подкуп не сработают против Ирана. Тегеран неоднократно подчёркивал, что не будет вести переговоры под давлением и что любой диалог должен основываться на взаимном уважении. И вот о «взаимном уважении» заговорил Вашингтон…

Непоколебимость жёсткой позиции Ирана и изменения «иранской риторики» Трампа и Уиткоффа привели к тревоге среди руководства сионистов Израиля. Ведь изменение тональности высказываний Трампа посылает чёткий сигнал о том, что политика Белого дома в отношении Ирана опять потерпела неудачу, и США, несмотря на все угрозы и санкции, не только стремятся к переговорам, но и, как сообщается, даже намекнули на ослабление некоторых первоначальных санкций в письме Трампа Ирану. Вот чего опасаются в Израиле, понимая, что без США и сионисты не способны всерьёз причинить ущерб Ирану. Поэтому сионисты теперь с беспокойством наблюдают за сменой тональности Трампа. Нетаньяху отреагировал на послание Трампа словами: «Мы не можем доверять никакому новому соглашению с Ираном». Это заявление и отражает замешательство даже среди ближайших союзников Америки из-за противоречий в политике Трампа по Ирану. Как мы также уже сообщали, некоторые американские политики утверждают, что продолжение политики максимального давления только подтолкнёт Иран к более агрессивным действия, может даже подвигнуть на создание ядерного оружия, и что дипломатии следует дать шанс. Вот почему и сам Трамп на основании отчёта разведсообщества США вдруг полупублично заявляет, что у него, мол, нет фактов о том, что Иран хочет создать ядерное оружие и что раньше «все врали»… Да и в целом, выражение «смена миропорядка» стало в среде экспертов-международников сейчас расхожим определением. В этом новом мире Запад уже не будет играть главной роли, а ведущие члены Мирового большинства – Россия, Китай, Индия, Бразилия, крупные африканские и арабские страны – добьются создания справедливого миропорядка на основе баланса интересов, пишет в журнале «Профиль» ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН Дмитрий Тренин. В конце концов, и сам Трамп ведь решительно отбросил концепцию американской внешней политики, восходящую к Вудро Вильсону и его идеям «демократии без границ» и мирового правительства (Лиги наций), которые особенно пышно расцвели при президентах-демократах Бараке Обаме и Джо Байдене. Вместо либерал-глобалистского проекта своих предшественников Трамп выставил консервативный великодержавный проект «Великой Америки»…

Вот вам и диспозиции в конце текущей недели. Разговоры о войне с Ираном пока приутихли. Мир «обрабатывает» жёсткий ответ высшей власти ИРИ на попытки шантажа и угроз Трампа. А Иран… «Тегеран готов к войне», – ещё раз напомним о словах аятоллы Хаменеи.

Սերգեյ Շաքարյանց