Война против шиитов в регионе, а значит – Ирана, «пассивно» возобновлена…

Судя по сообщениям вчерашнего дня, относительное затишье между США и Ираном длилось всего сутки и или что-то вроде того. Уже к концу среды 29 июля можно было говорить о том, что бои возобновились, пусть не особо интенсивно – но возобновились. Как сообщали иранские СМИ и иные источники, на этот раз американцы действовали сообща с Саудовской Аравией и …не напрямую против Ирана. Нет. На сей раз Соединённые Штаты и Саудовская Аравия осуществили скоординированную воздушную агрессию против иракской группы Сопротивления PMU, то есть Народным мобилизационным силам Ирака, также известным как «Аль Хашд аш-Шааби», рано утром в среду.

США и Саудовская Аравия осуществили скоординированную воздушную агрессию против нескольких баз и складов оружия, утверждая, что атаки были нанесены в ответ на недавние удары беспилотников по нефтяным объектам Саудовской Аравии. В отдельных заявлениях, опубликованных в среду утром, Министерство обороны Саудовской Аравии и Центральное командование Вооружённых сил США на Ближнем Востоке (CENTCOM) объявили о совместной агрессии, заявив, что она была направлена против баз и складов оружия, принадлежащих «Политическому объединению», которое представляет собой коалицию антитеррористических групп сопротивления. Турки аль-Малики, пресс-секретарь министерства, заявил, что королевство в координации с CENTCOM нанесло удары по конкретным целям, которые, по его словам, были причастны к недавним атакам на нефтяную инфраструктуру Саудовской Аравии. Центральное командование Вооружённых сил США на Ближнем Востоке также заявило, что американские и саудовские военные самолёты нанесли удары по нескольким базам материально-технического обеспечения и хранилищам оружия на востоке Ирака. Согласно заявлению, агрессия была предпринята в ответ на более чем 30 атак беспилотников, предположительно совершённых за последние 72 часа с территории Ирака против нефтяных объектов Саудовской Аравии в Восточной провинции королевства и в столице Эр-Рияде.

Между тем сообщения из иракских источников, арабских СМИ, иранских источников и пользователей социальных сетей указывают на то, что воздушные удары были нанесены по нескольким объектам на территории Ирака. Однако подробности ударов, а также масштабы ущерба и число жертв ещё предстоит официально подтвердить. Согласно этим сообщениям, самые крупные удары были нанесены по шиитской провинции Басра, где, как сообщается, были атакованы оперативный штаб «Аль Хашд аш-Шааби» в районе Аль-Дайр и склады оружия группировки. Арабские новостные сети, в том числе «Аль-Хадат», сообщили о многочисленных авиаударах и ранениях нескольких человек. На кадрах с камер наблюдения, распространяемых в сети, видны взрывы в этом районе. Оперативное командование «Патриотического движения Ирака» в Басре заявило, что три авиаудара пришлись по окрестностям одной из его штаб-квартир и что две ракеты упали рядом. По другим сообщениям, базы и склады оружия в районе Эс-Сувейра в провинции Васит, в том числе база «Аль-Фатх аль-Мубин», также подверглись атакам, сообщает иранский англоязычный телеканал Press TV. Различные источники также сообщают об ударах по позициям, связанным с группировкой «Аль Хашд аш-Шааби» в провинции Бабиль, в том числе в районе Джурф ан-Наср. В некоторых неподтвержденных сообщениях и публикациях в социальных сетях также говорится, что удары были нанесены по позициям на Ниневийской равнине, в Киркуке, Кербеле и других частях восточного Ирака.

Силы «Аль Хашд аш-Шааби» назвали атаку «очень опасной эскалацией» и нарушением территориальной целостности Ирака. По предварительной информации, несколько сотрудников были убиты и ранены, а некоторым зданиям и имуществу, принадлежащему организации, был нанесён ущерб. «Мы считаем эти нападения очень опасной эскалацией, вопиющим нарушением территориальной целостности Ирака и целенаправленной атакой на официальные институты безопасности страны», – говорится в заявлении. В нём также отмечается, что соответствующие ведомства проводят выездные проверки и что процесс оценки ущерба и сбора точных данных продолжается. Вооружённые формирования этого объединения шиитской милиции реагируют на совместные удары США и Саудовской Аравии…

В ответ на возобновившуюся американскую агрессию в регионе, Корпус Стражей Исламской революции (КСИР) Ирана нанёс удар по центральному командованию и авиабазе армии США в Иордании несколькими баллистическими ракетами. КСИР при этом заявил, что нанёс удар по авиабазе и центральному командованию США в Иордании несколькими баллистическими ракетами, предупредив, что сопротивление будет продолжаться до тех пор, пока сохраняются американские угрозы и «незаконные и враждебные действия» против интересов Ирана. Аэрокосмические силы Корпуса стражей исламской революции объявили, что удар был нанесён в ответ на «агрессивные действия американской армии, убивающей детей». «Пока продолжаются угрозы в адрес Исламской Республики Иран и незаконные и враждебные действия американских сил против наших интересов, сопротивление будет продолжаться», – заявили в КСИР. «Угрозы со стороны американских чиновников и незаконные вмешательства в наши дела должны прекратиться». 

Как сообщил вчера телеграм-канал КСИР (https://t.me/s/sepah_pasdaran_ru), Корпус стражей исламской революции перебрасывает элитные подразделения к западной границе Ирана с Ираком, чтобы предотвратить проникновение курдских вооружённых группировок. Накануне были ликвидированы четверо курдских боевиков, которые, по имеющимся данным, пытались вооружить участников беспорядков.

КСИР также нанёс удары и по трём нефтяным танкерам в Ормузском проливе, передавало иранское агентство Tasnim News. «Три нефтяных танкера, которые продолжали двигаться по небезопасному и незаконному маршруту, игнорируя наши предупреждения, были атакованы и остановлены», – заявили в КСИР. Там подчеркнули, что действия любого судна, следующего незаконным указаниям США по прохождению Ормузского пролива, не останутся без ответа. Иран полностью готов к полномасштабной войне, – гарантировал вчера КСИР. 

Зам.министра иностранных дел Ирана по правовым и международным вопросам Казем Гарибабади говорит: «В то время как некоторые страны предложили, чтобы суда проходили по южному маршруту в Ормузском проливе, Иран не признаёт этот маршрут даже в течение часа». Он в интервью национальному иранскому телевидению IRIB, вышедшем в эфир во вторник вечером, подчеркнул необходимость тщательного изучения правовых аспектов и обязательств сторон в Ормузском проливе в соответствии с Исламабадским меморандумом о взаимопонимании (MoU), подписанным между Ираном и Соединёнными Штатами. Он сказал: «Мы не можем судить о произошедших инцидентах и атаках на некоторые корабли, рассматривая их только с одной стороны». Говоря о продолжении реализации Исламабадской меморандумной договоренности, заместитель министра иностранных дел заявил: «На первый взгляд, может показаться, что несколько судов проходили через территориальные или внутренние воды Омана и некоторые из них были повреждены. Однако для подробного ответа необходимо изучить все аспекты вопроса и проанализировать обязательства соответствующих сторон». Гарибабади добавил: «Необходимо определить, в какой степени действия, предпринятые Соединёнными Штатами в сотрудничестве с Оманом для обеспечения прохода судов через южный Ормузский пролив во время реализации договоренностей, соответствовали обязательствам сторон и правам Исламской Республики Иран». Он пояснил: когда стороны достигают соглашения или взаимопонимания, все его аспекты должны выполняться тщательно и в соответствии с договоренностями.

Далее Гарибабади сказал, что, хотя некоторые страны предложили, чтобы суда проходили по южному маршруту через Ормузский пролив, Иран не признает этот маршрут даже на час. Зам.министра иностранных дел, как член иранской переговорной группы, также подчеркнул, что создание южного маршрута в Ормузском проливе является явным нарушением Меморандума о взаимопонимании. Он также подчеркнул, что решение о возобновлении судоходства через пролив остаётся за Ираном и должно приниматься в соответствии с иранскими договорённостями и Меморандумом о взаимопонимании. Кроме того, он отметил, что за последние 15 дней, во время и после столкновений, Иран не запрашивал никаких переговоров с Вашингтоном. ««Как чиновник, ответственный за это досье, я заявляю, что Исламская Республика Иран за последние 16-17 дней, совпавших с началом нового витка конфликтов, не направляла никаких запросов или сообщений о переговорах с США и не просила о прекращении огня. Напротив, примерно 10 дней назад именно США направили сообщения о деэскалации напряжённости и прекращении конфликтов». То есть в очередной раз опроверг лживые заявления Трампа о том, что «иранцы жаждут и просят о переговорах и сделке». Заявив, что Меморандум о взаимопонимании начал выполняться через несколько недель после вступления в силу, он добавил, что его нарушили именно США. Зам.министра иностранных дел также сказал, что Иран дал решительный и соразмерный ответ на агрессию США после нарушения Меморандума о взаимопонимании. Гарибабади заявил также, что решение о продолжении столкновений или начале переговоров должны принимать высокопоставленные представители исламского истеблишмента.

Впрочем, это не всё, о чём говорил зам.министра. Гарибабади заявил, что Ормузский пролив больше не вернётся к довоенным договорённостям, охарактеризовав это как окончательную политику руководства Ирана. Подчёркивая необходимость строгого выполнения Исламабадского меморандума о взаимопонимании (MoU), он сказал: «Когда текст обсуждается и согласовывается, все его аспекты должны выполняться точно так, как согласовано, и ни одна из сторон не может уклоняться от точного исполнения текста под предлогом того, что видимость процесса не кажется логичной». Ссылаясь на статью 5 MoU, Казем Гарибабади отметил, что этот пункт посвящён Ормузскому проливу, и в его первом разделе прямо говорится, что Иран приложит все усилия для обеспечения необходимых мер исключительно для безопасного и бесплатного прохода коммерческих судов в течение 60 дней. По его словам, в этом тексте нет двусмысленности или возможности различных толкований, и американская сторона не может предложить процесс, выходящий за рамки договоренностей, ожидаемых Ираном. Зам.министра иностранных дел по правовым и международным вопросам добавил, что ответственность за разминирование лежит на Иране.

Указывая на действия США и Омана по созданию южного маршрута для транзита судов, Гарибабади сказал: «Американцы в сотрудничестве с Оманом проложили маршрут во внутренних водах Омана и даже заставляли суда проходить по этому маршруту, используя беспилотники и угрозы, не обращая внимания на предупреждения Ирана вернуться на северный маршрут».

Он добавил, что, хотя ежедневный проход 20 судов по южному маршруту на первый взгляд может показаться не очень значительным, это действие было явным нарушением статьи 5 MoU и, если бы оно продолжалось, практически нейтрализовало бы эффективный суверенитет Исламской Республики Иран над Ормузским проливом. Гарибабади подчеркнул, что решительные действия Ирана ясно дали понять США, что Исламская Республика не боится предпринимать шаги для укрепления своего законного суверенитета над Ормузским проливом, даже если это будет стоить возобновления полномасштабной войны. «Конечно, это не означает, что Иран разжигает войну, но это указывает на то, что национальный суверенитет и международные обязательства являются красной линией для Ирана», – сказал он. Он также охарактеризовал Ормузский пролив как «мощный инструмент балансирования Ирана против вражеских санкций и инструментов давления». Заявив, что Ормузский пролив является основным показателем для оценки победы Ирана в войне, зам.министра иностранных дел сказал: «Договорённости, которые отныне будут применяться к Ормузскому проливу, завершат победу Исламской Республики Иран в этой войне. Если условия в проливе вернутся к довоенному состоянию, успех Ирана в этом сражении не будет окончательным».

В другой части своего выступления Гарибабади заявил, что Иран выступает против участия какой-либо третьей страны в операциях по разминированию, и сказал: «Европейцы, сформировав коалицию из 30-40 стран, пытались вмешаться в процесс разминирования, но мы прямо предупредили их, что любой военный корабль или военная техника, приближающиеся к Ормузскому проливу под этим предлогом, станут законной целью для вооруженных сил Ирана». Он добавил, что даже когда Оман намеревался пригласить третью страну для разминирования южного маршрута, Иран не согласился, поскольку согласно статье 5 Исламабадского меморандума о взаимопонимании, ответственность за разминирование и меры безопасности в Ормузском проливе лежит исключительно на Исламской Республике Иран. Заявив, что нарушение хотя бы одного пункта Исламабадского меморандума о взаимопонимании препятствует началу его последующих этапов, зам.министра иностранных дел сказал: «Если хотя бы один пункт этого соглашения сталкивается с проблемой, невозможно начать следующие переговоры, и нельзя говорить, что переговорный процесс должен продолжаться только потому, что несколько других пунктов были выполнены должным образом».

Казем Гарибабади также добавил, что США взяли на себя важные обязательства в рамках Меморандума о взаимопонимании, и нельзя утверждать, что это соглашение было обречено на провал с самого начала. По его словам, реализация MoU между Исламабадом и США продвигалась в течение примерно 20 дней после его подписания, но затем возникли две серьёзные проблемы. Он связал первую проблему с ситуацией в Ливане, заявив, что, согласно обязательствам США, война в Ливане должна была закончиться. Учитывая пункт, включённый в текст резолюции, об уважении территориальной целостности и суверенитета Ливана, вывод вооружённых сил также должен был начаться, но США не выполнили это обязательство в полной мере. Гарибабади продолжил: «Хотя уровень конфликта в Ливане снизился, Марко Рубио одновременно инициировал ещё один параллельный процесс с участием Ливана и сионистского режима, что также было нарушением первого пункта Меморандума о взаимопонимании». Он пояснил, что в ходе четырёхсторонних переговоров в Цюрихе было достигнуто соглашение о создании «подразделения по предотвращению конфликтов в Ливане» с участием представителей США, Ливана, Ирана и Пакистана. Однако создание трёхстороннего механизма вне этого соглашения противоречило положениям Меморандума о взаимопонимании.

Зам.министра иностранных дел Ирана уточнил, что Исламская Республика никогда не начинала переговоры по статье 13 и другим последующим этапам соглашения. Несмотря на то, что некоторые экономические меры уже приняты – в том числе приостановлены некоторые санкции, экспорт нефти и ведутся переговоры о том, как расходовать финансовые ресурсы, – Иран поставил начало новых переговоров в зависимость от полного выполнения обязательств другой стороной.

Гарибабади назвал второй проблемой срыв реализации статьи 5 Исламабадского меморандума о взаимопонимании. Он отметил, что, вопреки некоторым утверждениям, статья 5 не вызывала проблем с самого начала, и в первые дни её реализация шла должным образом. Однако на второй и в начале третьей недели произошло явное нарушение этого пункта, когда противоборствующая сторона создала и официально объявила о существовании южного маршрута. Он добавил, что за несколько дней до начала новых конфликтов произошло ограниченное однодневное столкновение, которое стало препятствием для подписания меморандума о взаимопонимании. Подчеркнув, что Иран не обращался к США с просьбой о переговорах или прекращении огня, зам.министра иностранных дел сказал: «Мы не принимаем никаких предложений о прекращении огня». В Меморандуме о взаимопонимании решение о временной приостановке военных действий было принято с целью создания основы для достижения взаимопонимания и прекращения войны, а не в ответ на просьбу Ирана о переговорах. Казем Гарибабади заявил, что во время двухдневных переговоров с Оманом в Тегеране американская сторона объявила, что не будет предпринимать никаких новых военных действий, и, соответственно, Вооружённые силы Ирана также решили не предпринимать военных действий.

Ссылаясь на недавние события, зам.министра иностранных дел сказал, что в новом раунде конфликтов военные действия США не просто считаются нарушением Исламской Республикой Иран первого пункта Исламабадского MoU, скорее это считается новой военной агрессией, и с юридической точки зрения это выходит далеко за рамки нарушения отдельного пункта соглашения. «Это чрезмерное упрощение, если эти действия рассматриваются только как нарушение первого пункта Меморандума о взаимопонимании, потому что их природа является вопиющей военной агрессией против Исламской Республики Иран», – добавил он. Указывая на недавние события в регионе, Гарибабади заявил, что Иран нанёс серьёзный удар по американским базам, а реальное число погибших американских военнослужащих значительно выше, чем цифры, объявленные Вашингтоном. Он заявил, что в ходе этого витка конфликтов американские базы в регионе, особенно в Иордании, подвергались массированным атакам с целью донести определенную мысль. «Американцы занижают число жертв и говорят о трёх или четырёх погибших, но, согласно достоверной информации, которой располагает Иран, потери противника намного превышают заявленные цифры», – добавил он.

Подчеркнув, что Иран не находится в пассивной позиции, он заявил: «Если США нанесут удар дважды, они получат четыре пощечины и отступят». Говоря о вариантах, с которыми сталкивается Иран в текущей ситуации, Гарибабади сказал, что в настоящее время перед страной стоят два основных сценария, решение по которым лежит на самом высоком уровне истеблишмента. Первый сценарий предполагает сохранение статус-кво, включая гибридную войну, сохранение блокады Ормузского пролива и решительный ответ на блокаду. Второй сценарий предполагает пересмотр условий прекращения конфликтов и начала переговоров, если противоборствующая сторона вернется к выполнению своих обязательств. Он добавил, что любое решение, принятое на самом высоком уровне, станет основой для дальнейших действий, а в случае каких-либо новых действий со стороны противника упреждающие и превентивные стратегии вооруженных сил сведут на нет оперативные возможности противника.

Зам.министра иностранных дел также подчеркнул, что экономическое давление и блокада не повлияли на решение Ирана принять предложения о диалоге. Он сказал: «Опыт Венесуэлы показал, что некоторые страны рушатся под давлением США в течение 48 часов, но Иран выдерживает это давление уже 45 лет». Касаясь последствий закрытия Ормузского пролива, Гарибабади заявил: «Закрытие Ормузского пролива создаёт давление в глобальном масштабе, но цель Ирана – защитить себя от агрессии США». Он напомнил, что премьер-министр Индии также представил план жёсткой экономии после закрытия пролива. Он также опроверг некоторые сообщения западных СМИ, заявив: «Цифры, которые приводят такие издания, как The Guardian и Reuters, о доходах от новых соглашений по Ормузскому проливу в размере от 120 до 500 миллиардов долларов, преувеличены и не имеют под собой точных оснований». Упомянув о консультациях между Тегераном и Маскатом, Гарибабади добавил, что переговоры с Оманом продолжаются, в то время как Ормузский пролив остается полностью закрытым. Иран сообщил оманской стороне, что прежде чем принимать какое-либо решение о возобновлении судоходства через Ормузский пролив, необходимо достичь взаимопонимания по новым договорённостям. Он уточнил: «Новый виток конфликтов начался именно из-за незаконного прохода судов по южному маршруту. Если предложенный нами маршрут не будет принят, не будет принят и никакой другой».

Зам.министра иностранных дел заявил, что с точки зрения Ирана  Ормузский пролив имеет два разных правовых режима в условиях войны и мира, и в нынешней ситуации к этому водному пути применяются правила, регулирующие военные действия. Подчеркнув, что принятие решения о будущем Ормузского пролива и способах преодоления кризиса входит в компетенцию высших органов власти страны, зам.министра иностранных дел заявил, что решение о том, останется ли Ормузский пролив закрытым или будет включён в процесс преодоления кризиса, является макро- и стратегическим решением: «Решение о том, останется ли Ормузский пролив закрытым или мы вступим в процесс урегулирования кризиса, не может быть принято одним человеком, министром иностранных дел или даже президентом. Скорее, все его политические аспекты, вопросы безопасности и стратегические аспекты рассматриваются на встречах на высоком уровне». Он также указал на недавнюю войну, уточнив: «В ходе 12-дневной войны сионистский режим в конечном итоге потребовал прекращения огня, а в ходе 40-дневной войны, несмотря на поддержку Израиля со стороны США, европейских стран и некоторых региональных субъектов, этой коалиции не удалось победить Иран». Гарибабади добавил, что после 40 дней конфликта противоборствующая сторона была вынуждена попросить о прекращении огня, отметив, что сравнение действий Ирана с другими региональными войнами указывает на то, что Исламская Республика находится в позиции силы и добилась стратегической победы.

Зам.министра иностранных дел по правовым и международным вопросам подчеркнул, что обсуждение вопроса о продолжении членства Ирана в Договоре о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) не должно считаться запретной темой, и заявил, что рассмотрение вопроса о выходе из договора требует тщательной оценки юридических, религиозных, правовых аспектов, а также вопросов безопасности и стратегии: «Выход из ДНЯО – это не простой вопрос, и решение по нему не может быть принято без изучения всех аспектов». Указывая на прекращение сотрудничества Ирана в области гарантий с Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ), он добавил: «В нынешних обстоятельствах, когда инспекции агентства полностью прекращены, необходимо изучить, насколько большее сдерживание официальный выход из ДНЯО создаст для Ирана». Гарибабади привёл международные прецеденты, заявив: «Северная Корея вышла из ДНЯО и впоследствии приобрела ядерное оружие, в то время как Индия, Пакистан и Израиль с самого начала не были участниками этого договора. Если страна выходит из ДНЯО, но не движется к производству ядерного оружия, необходимо изучить, укрепит ли это действие национальную безопасность и увеличит переговорную силу этой страны и её переговорные карты, или, наоборот, создаст больше рисков». Он подчеркнул: «Вопрос о том, оставаться в Договоре о нераспространении ядерного оружия или выйти из него, больше не должен быть табуированным. Необходимо, чтобы элиты, ученые и экспертные центры обсуждали его и обменивались мнениями, не торопясь и рассматривая все аспекты, чтобы заложить основу для принятия точного решения, исходя из национальных интересов». Подчеркнув, что в настоящее время нет планов по переговорам с США, зам.министра иностранных дел заявил, что Иран в настоящее время лишь проводит поэтапные консультации с Оманом. Гарибабади заявил: «США не должны привыкать к тому, что они могут предпринимать военные действия, когда им вздумается, и садиться за стол переговоров, когда им вздумается. Поэтому в нынешних обстоятельствах мы не планируем вести переговоры с США, а консультации продолжаются только через Оман».

Он также рассказал об отношениях Ирана с Китаем и Россией, сказав: «Отношения Исламской Республики Иран с Китаем и Россией носят стратегический характер, и Китай, в частности, добился хороших результатов в торгово-экономической сфере и противодействии санкциям». В то же время, подчеркнул зам.министра иностранных дел ИРИ, «На дипломатической арене каждая страна в конечном счёте действует, исходя из своих национальных интересов, и не следует ожидать, что Китай или Россия решат все проблемы Ирана».

Как видим, высокопоставленный иранский дипломат дал развёрнутые ответы на многие вопросы. И это многое означает. Это также вызывает к жизни и иные вопросы. Так, вчера иранские законодатели подавляющим большинством голосов в Мажлесе (парламенте) одобрили ключевые положения, определяющие и криминализирующие акты иностранной агрессии против национального суверенитета и территориальной целостности страны. В ходе парламентской сессии, посвящённой единому срочному законопроекту, направленному на борьбу с международными преступлениями, депутаты ратифицировали статьи 7 и 8 законопроекта. Законодательная мера устанавливает чёткий судебный мандат в отношении политических деятелей и военачальников, которые планируют, инициируют или осуществляют агрессивные действия, направленные против независимости страны. Согласно статье 7 закона, любой акт агрессии, планирования или подготовки, направленный против суверенитета или политической независимости страны, независимо от того, было ли официально объявлено о начале войны, считается тяжким преступлением. Обвиняемым, в том числе высокопоставленным командирам и директорам, грозит тюремное заключение первой степени и крупные денежные штрафы. В недавно принятом законе выделены шесть конкретных категорий незаконной иностранной агрессии: прямое вооруженное вторжение, военная оккупация или насильственная территориальная аннексия; неспровоцированные бомбардировки или ракетные удары по национальной территории; морская блокада портов или прибрежных вод; нападения на сухопутные, морские или воздушные силы обороны; неправомерное или несанкционированное расширение иностранного военного присутствия за пределы договорных соглашений; использование национальной территории иностранным государством для нанесения ударов по третьей стороне. Кроме того, статья 8 предусматривает правовой механизм привлечения к ответственности соучастников и лиц, пытающихся совершить подобные преступления, с ужесточением наказания на один разряд в зависимости от масштаба и тяжести правонарушения. Представители парламента ИРИ подчеркнули, что принятие этих положений подтверждает приверженность страны международным правовым стандартам и создает четкую правовую основу для предотвращения и наказания любых посягательств на территориальные границы страны со стороны иностранных государств.

То есть речь идёт о привлечении к ответственности руководителей не только США и Израиля, но и тех стран, которые содействуют агрессорам. Это и страны Персидского залива, и Иордания, да и, учитывая всё, что уже сообщалось, Украина, территория под контролем фашистского режима Алиева, да и Турция, если она реально начнёт содействовать агрессии США, Израиля и НАТО. А пока Министерство информации и разведки Ирана внесло государственный телеканал Баку AzTV в список враждебных СМИ. Об этом сообщает иранское издание Tabnak. Среди прочих в списке были упомянуты тюркоязычные источники, а также западные и израильские СМИ. Иранское Министерство направило письмо генеральному прокурору Ирана, где указало, что причиной произошедшего стал шпионаж и взаимодействие бакинского телеканала с Израилем и другими недружественными государствами, направленное против Исламской Республики. В ответ бакинские власти расценили деятельность иранского телеканала Sahar TV и информационного агентства Mehr News как незаконную. В Баку подчеркнули, что эти медиаресурсы наносят ущерб интересам кавказа-татарей, распространяя информацию, направленную против их суверенитета, территориальной целостности и конституционного порядка. 

Кроме того, иранская оборонная промышленность расширяет производство важнейших видов вооружений и уделяет приоритетное внимание ракетным системам и средствам морского базирования, заявил во вторник исполняющий обязанности министра обороны исламской республики бригадный генерал Маджид Эбнолреза (Маджид Эбн-э-Реза), передаёт агентство Tasnim News. По его словам, в настоящее время линии по производству вооружений на оборонных предприятиях работают «активнее, чем когда-либо». Он также заявил, что американские удары по стратегическим оборонным объектам не смогли остановить иранское производство оружия. А ведь ранее Пентагон США неоднократно заявлял, что оборонно-промышленная база Ирана в значительной степени разрушена, а её потенциал по производству баллистических ракет фактически уничтожен…

Более того, военное командование Ирана рассматривало возможность нанесения ракетного удара по одному из украинских морских портов в качестве ответной меры на атаку на иранское судно. Об этом передавала вчера газета «The New York Times» (NYT), ссылаясь на собственные информированные источники. Однако, по их словам, эти планы отложены – дипломатические усилия позволили снизить напряжённость и предотвратить дальнейшую эскалацию. Тегеран, согласно разведданным, собирался нанести по Украине удар с использованием баллистической ракеты. По словам собеседников газеты, такая атака носила бы символический характер – ожидалось, что будет выпущена ракета малой мощности, которая не причинит республике большого ущерба. В публикации подчёркивается, что сам факт запуска баллистической ракеты по Украине означал бы резкую эскалацию конфликта и мог привести к его дальнейшему расширению. Но вчера после телефонного разговора Тегеран пока потребовал от Киева компенсацию за потопленное в Каспийском море судно. Это произошло после того, как глава МИД Украины Андрей Сибига позвонил своему иранскому коллеге Сейеду Аббасу Арагчи и что-то «слёзно» объяснял иранскому министру – мол, «непреднамеренное недоразумение». Хотя вчера официальный представитель МИД РФ Мария Захарова однозначно заявила, что атака украинцев на иранское судно в Каспийском море является настоящим терактом: «Это настоящий теракт. Современным языком – теракт, с точки зрения, наверное, мировой практики – это теракт, который произрос из возрождающейся практики мирового пиратства», – отметила дипломат в эфире радио Sputnik. А вот финский политик Армандо Мема в соцсети X (Twitter) был более точен и резок – он уверен, что глава киевского режима еврей Зеленский пытается спровоцировать третью мировую войну, атакуя иранские суда: «Я считаю украинскую атаку на иранское судно явным нарушением международного права. Украина неоднократно пыталась втянуть Европу в войну против России, а здесь Зеленский пытается спровоцировать третью мировую войну, атакуя иранские корабли». 

Что касается вопроса об отношениях Ирана с Россией и Китаем, то данный вопрос, безусловно, очень важен с общемировой и региональной точек зрения. Жаль, что, например, высказанную иранским зам.министра иностранных дел Гарибабади так и не понимают и не осознают «ереванские властители» (что «не следует ожидать, что Китай или Россия решат все проблемы Ирана» – прим.), хотя этот дипломат говорит об отношениях Ирана с Пекином и Москвой как о «стратегическом характере» этих отношений, и продолжают лебезить то перед турками, то перед Алиевым, то перед ЕС и США, а в целом – перед всеми указанными «субъектами». Еревану учиться и учиться у Ирана… И все знают при этом, что Китай и Россия неявно не просто на стороне Ирана, но и активно помогают Тегерану. Но – неявно. Китай намерен передать Ирану крупную партию переносных зенитно-ракетных комплексов (ПЗРК). Об этом сообщало вчера английское агентство Reuters. По словам источников агентства, сделка предусматривает закупку от 300 до 400 ПЗРК, включая ракеты китайского производства QW-12 и FN-16. Сначала грузы будут доставляться самолётами в Урумчи на западе Китая. Затем они будут следовать транзитом через Пакистан на территорию Ирана. Сделка оценивается в $ 60-70 млн, и, по информации Reuters, является одной из самых масштабных попыток Тегерана усилить системы противовоздушной обороны ближнего радиуса с момента начала конфликта с США и Израилем. Правда, стоит отметить, что МИД КНР опроверг сообщения о поставках китайских вооружений Ирану, назвав их «совершенно безосновательными». Но… Оставляем за читателями право решить, что и как делают Китай и Россия в помощь Ирану. 

Ну, и немного информации для «разрядки», так сказать, для лёгкого смеха – телеграм-канал КСИР к вечеру вчерашнего дня сообщил: «Командующий Силами правопорядка Исламской Республики Иран Ахмад-Реза Радан отреагировал: 

«Трамп: „Если НАТО не сможет остановить Иран, мы заберём Гренландию обратно у Европы.“

Иран ответил:„Если Европа не может защитить Гренландию, обращайтесь к нам. Иран защитит её от безрассудного Трампа.“»

Սերգեյ Շաքարյանց